Поддержать сайт "КАПИТОШКИН ДОМ"

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 410011020001919  ( Современные авторы детям )
Главная / Выпуск № 08(12) / Александр ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ / Александр ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ. Детский мир Виктора Зайца

Александр ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ. Детский мир Виктора Зайца

Александр Преображенский

Детский мир Виктора Зайца

Хороший детский писатель – тот, кто хорошо помнит себя в детстве. Не просто - свое детство как цепочку событий, а собственные детские ощущения, их остроту, запахи, свет, звуки, мысли, ассоциации. Помнит себя и мир вокруг себя, как единое целое. Ну, еще надо уметь рассказать об этом понятно и без прикрас, искренне и точно, не забывая деталей и не боясь выставить самого себя или своего героя смешным, глупым, злым, подлым; да и обо всем хорошем, что в тебе было тогда, а значит и есть, тоже не забыть. Тогда все или хотя бы многое получится.

Виктор Заяц помнит и умеет.

У него в рассказах о детстве все - правда. Всамделишный лирический герой - мальчик Витя – главный, хотя и не единственный. Но не то важно, что автор его с себя самого писал, а важно то, что точно и без прикрас.

В рассказах Зайца настоящий мир, и этим он интересен. А настоящий он не потому, что срисован с того, что существовало когда-то в реальности, а потому, что узнаваем. Причем узнаваем и для тех, кто никогда в те времена не жил и в местах тех не был. Не так уж много в рассказах Зайца деталей, но они принципиальны и точны взглядом ребенка. Светящиеся окна пятиэтажек с волнительной жизнью в них «счастливых» людей. Чужая статуэтка или картина за этими окнами из другого и потому интересного мира. Следы на снегу. Снежинки под фонарем. Ушанка из цигейки, прогрызенная и заштопанная на макушке черными нитками. Случайное слово или вскрик, вырвавшийся у мальчика от «избытка чувств». Желание не садиться в первый ряд, чтобы не подумали: «Он еще маленький». Ничего нового неожиданного, но все узнаваемо воспоминанием о детстве, яркостью ранних ощущений, искренностью эмоций, непосредственностью обобщений.

Язык автора прост и созвучен детству, а в диалогах и отдельных фразах из уст героев замечательно точен и иллюстративен. Обзовет бабушка своего непослушного упрямого внучка в сердцах «колбяном» и «дундуком» и вот уж и бабушка та подмосковная видна, как и другая с Украины открывается одной лишь короткой тревожной фразой: «А где тот Витя?». Не остается сомнений даже, что «г» в слове «где», она мягко выдохнула по-украински.

Лирический герой рассказов Виктора Зайца о детстве особенно значим. Он носитель всего внутреннего мира этих произведений и главное художественное средство автора. Для того чтобы изобразить достоверно восприятие, переживание, поступок своего героя, автор должен «пропустить это через себя» - известный подход в творчестве писателя, художника. Виктор Заяц все, о чем пишет, уже «пропустил через себя» в детстве и сохранил об этом прекрасную память. Рисуя мир своего детства, он не вмешивается грубо с высоты прожитых лет, не старается наполнить его глубокомысленным пониманием на основе приобретенных знаний, а, сохранив в естестве, подает читателю таким, каким воспринял его когда-то мальчик Витя. В этой картине мира лирический герой Виктора Зайца представляет собой важнейшую органичную составляющую, и лишь изредка взрослый автор позволяет себе некоторые ремарки к детским суждениям.

Образ лирического героя Виктора Зайца настолько достоверен, что может служить объектом анализа психологии ребенка, как и художественными иллюстрациями к нему. В нем собраны и наивная оригинальность детских ассоциаций, как в рассказе «Кастет», где из неизвестного герою слова «ставка» вырастает в его воображении грандиозная скульптура; и творческие игры – игра в следы на снегу в рассказе «Зимний вечер», и детское тщеславие – «Счастье», детская любовь и самоотверженность – «Разбой», талантливое воображение – повсюду.

Достоверно показать мир глазами ребенка и ребенка в этом мире – задача сложная и не всем доступная. Если автор справляется с ней, он имеет право писать для детей. Возможно даже, что только такой автор и имеет право писать для детей, потому что только ему поверит талантливый читатель – взрослый и ребенок.

Для хорошей литературы важно, чтобы ее читатель тоже был талантливым, потому что бесталанный читатель либо поверит без разбора во все, что написано, либо ни во что не поверит – не обманете – как бы кто хорошо и верно не писал.

С позиции талантливого читателя Виктор Заяц, несомненно, имеет право писать о детях, другой вопрос - детский ли он писатель?

Есть множество образцов той литературы, которую называют детской, потому что ее задумали для детей, и где придумано все. Герой – таких не бывает, причем, не важно положительный или отрицательный, таких просто нет в природе. И речь тут не о том, что у него пропеллер на спине, а на пузе кнопка или опилки в плюшевой голове - не о сказочном в детской литературе речь. Как раз Карлсон с Винни-Пухом не придуманы по сути, а потому и вечны. Герои придуманной литературы по сути другие, они внешне могут не отличаться от нас или могут быть сказочными персонажами, но они придуманы и накачаны сладкой массой так, чтобы ребенок сглотнул их с ложечки вместе с тем лекарством, которое взрослый решил в него запихнуть, возомнив себя педиатром душ. Идейная микстура уничтожает в придуманном герое все естество. Он думает, говорит, совершает поступки, живет не так, как это делают настоящие люди - хоть дети, хоть взрослые.

Мир - в смысле среда, в которой этот придуманный герой существует – прилизан до примитивной иллюстрации и отмечен редкими грубыми четкими пятнами отрицательного, чтобы сразу видать. Язык – искусственный рафинад. Расхожая мораль – главная идея.

Верят ли дети таким рассказам и книжкам? Не знаю, но сглатывают. Сглатывают, не смотря на то, что сами так не думают, не говорят, не поступают и даже не мечтают. Также как взрослый «пипл хавает» массовую печать, так и дети. А раз проглотили и не поперхнулись, значит это и есть литература для детей. Коммерческим издательствам, а других почти нет, это как нельзя более кстати. Потому что выдавать послащенную массу «на гора» не так уж и трудно, а честно говоря, очень легко и доступно каждому знакомому с правилами правописания и даже не очень с ними знакомому тоже. Справедливости ради надо сказать, что такая литература для детей существует давно – процветала она и во времена исключительно государственных издательств, и еще раньше, появившись чуть позже рождения русской детской литературы как таковой.

Рассказы Виктора Зайца никак не ложатся в эту накатанную схему. Они ей противоречат. Заяц скорее пишет про детей, чем для детей. И все-таки он детский.

Да, его рассказы о детстве не специально для детей написаны, но кто, прочитав их, рискнет спорить с тем, что эти рассказы детям понятны, созвучны и близки. Близки восприятием мира и невыдуманным присутствием самого ребенка в каждом рассказе этого писателя. И сладкая масса тут не нужна – ребенок прочтет и поймет их, потому что талантлив. Хорошая литература про детей - всегда литература для детей. Для талантливых детей. Так мы в детстве читаем книги Марка Твена о Томе Сойере и Гекльберри Финне, «Детство» Льва Толстого, «Детство» Максима Горького, «Последний поклон» Виктора Астафьева. Не задаваясь вопросом, для кого писали авторы, издавали эти произведения издательства «Детгиз» и «Детская литература», да и сегодня они крепко держатся в сериях классики детской литературы. Пора издавать для детей рассказы Виктора Зайца.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Облако тегов


Powered by Dapmoed