Поддержать сайт "КАПИТОШКИН ДОМ"

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 410011020001919  ( Современные авторы детям )
Главная / Выпуск № 08(12) / Александр ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ / Александр ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ. ПЕРВЫЙ СПЛАВ

Александр ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ. ПЕРВЫЙ СПЛАВ

ПЕРВЫЙ СПЛАВ

Рассказ десятилетнего

Когда мне должно было исполниться  девять, мы с папой пошли в поход на байдарке. Это был наш первый сплав, а мог бы быть и вторым. Только, когда мне должно было исполниться восемь, я заболел за полчаса до похода. И сплавали все без нас.

В этот раз я не заболел, и папа был очень доволен. Я, кстати, тоже.

Сначала мы ехали на двух электричках. На одной, потом на другой. Там было много народу, но мы сидели, а Тамерлан лежал у папиных ног и спал в наморднике. Два мужика подрались в вагоне из-за места, один разбил другому морду и спорил с милицией.

Потом Дядя Володя сказал, что мы сходим и надо носить вещи, потому что вещей очень много. Папа стал таскать вещи, а я держал Тамерлана. Все рюкзаки и байдарки сложили в тамбуре в одну кучу. Дядя Марк стоял, опершись на нее локтем, и курил.

Поезд остановился за мостом через речку. Мы сошли, спустились по насыпи и оказались в лесу на берегу, где уже стояли чужие палатки и лежали чужие байдарки. Мы нашли пустое место между сосен, развели костер и стали ставить свои палатки. Наших там было много – человек десять.

Пока папа искал место для палатки, я тоже искал место. И нашел с трудом среди маленьких елочек, которые больно кололись. Когда я вернулся, папа уже вбивал колышки и ругался, что я ему не помогаю. А Тамерлана он привязал к дереву.

Тут прибежала овчарка – большой парень. И сунулся к Тамерлану. А тот бросился, вцепился ему вбок и повис мертвой хваткой. Ему помешал поводок, а то бы он так не отцепился и вообще взял по месту. Наш Тамерлан – бультерьер, а парень-овчарка завопил, обиделся и убежал в лес. За ним убежала хозяйка. А папа кричал ей вслед:

- Куда смотришь, дура?! Специально ведь привязал же!

Скоро стемнело, мы поужинали у костра и забрались в палатку. Я включил свой фонарик. Стало совсем хорошо. Но Тамерлан очень ругался и скалил зубы – ему было мало места. Папа грозил ему топором, обещая «между глаз», и поливал из кружки остатками чая, пока Тамерлан не улегся. Потом папа читал мне под фонариком какую-то книжку про волка. Потом я заснул. Мне очень понравилось спать в палатке.

Утром стало холодно. За завтраком у костра Дядя Володя говорил, что в мае так часто бывает. А другие, которых я не знал тогда, как зовут, с ним соглашались и вспоминали холода в походах.

После завтрака папа, я и Дядя Володя ходили смотреть на речку. Папа сначала восхищался зелеными травяными шариками на берегу, которые Дядя Володя назвал камнеломкой, а потом мы читали надпись на памятнике, сложенном из камней под мостом. Там было написано: «Митенька Гороход, мы тебя не забудем» и еще какие-то даты. Папа сказал, что ему четыре года.

Дядя Марк помог нам собрать байдарку и отнести к самой речке. Говорил, как надо ей управлять и как паковать вещи. Мы все равно так не могли, потому что у нас было только две гермы, а надо больше. Вещи, которые не влезли в гермы, мы распихали в полиэтиленовые пакеты, завязали их и стали грузить в байдарку.

Рядом от берега отчаливали одна за другой лодки наших соседей. Все они срывались в быстрой воде с места и уходили за поворот. Только две из них сели на мель у другого берега, но не надолго. Я начал тогда про себя волноваться, как у нас получится. А дядя Марк и дядя Володя, рассказывали, как надо грести, папе.

Дядя Володя ходил смотреть, что там за поворотом, и говорил, что ничего страшного, вода уже сошла и всего один небольшой кустик.

Потом стали отчаливать наши. Скоро на берегу остались только мы и дядя Володя с дядей Васей.

- Теперь давайте вы, - предложил дядя Володя, - мы поможем отчалить и я посмотрю, как вы пойдете.

Когда я сел в лодку спереди, я уже сильно волновался. А папа боялся, что Тамерлан на ходу может выскочить на берег, и хотел его привязать к лодке. Но дядя Володя не советовал привязывать.

Папа сел, нас оттолкнули от берега, и лодка задом поплыла на середину.

- Справа, справа греби! – закричал дядя Володя.

Я не греб, потому что это он кричал папе.

Лодка развернулась и понеслась. Мы плыли секунд двадцать. За это время сели на мель, слезли с нее, на повороте нас занесло, и мы чиркнули брезентовым бортом берег, Тамерлан выскочил из лодки и, оттолкнувшись от земли, тут же вскочил обратно.

- Правой! Правой греби! – закричал сзади папа. – Левой! Воще, не греби! Тамерлан, сидеть, гад!

Куст летел мне прямо в лицо, я испугался выколоть глаза, положил весло и закрыл их ладонями. Потом я почувствовал, что нас клонит влево, но недолго, мы сразу перевернулись.

Мне до боли сдавило грудь холодом, я вынырнул и нашел дно ногами. Мне было почти по шейку, а папе по пояс. Он уже стоял рядом и держал лодку.

- Весло держи! Держи весло! – кричал теперь он.

Я ухватил свое весло, которое плавало рядом с лодкой.

Мимо нас с круглыми глазами пронеслись Дядя Володя с Дядей Васей.

- Черт! Тамерлан где? Где Тамерлан? – нервно спрашивал папа, вглядываясь в воду за лодкой, там, где течение.

Но Тамерлана там не было. И он нигде не выныривал уже долго.

Я испугался, что он утонул, и посмотрел на папу.

- Лезь на берег, - папа отвернулся и перевернул лодку обратно, - Вот он, блин!

Из темной воды, наполнявшей байдарку до края бортов, появилась белая спина Тамерлана. Потом он вынул из воды голову и зафыркал, плавая прямо внутри лодки.

- Там был воздух под днищем, - догадался папа, - он под лодкой плавал, скотина.

По берегу прибежали Дядя Вася и Дядя Володя, помогли нам вытащить байдарку. Вещи не уплыли, потому что мы их все заранее привязали.

- Там костер, - махнул на лес Дядя Володя, - ребята какие-то. Идите, сушитесь, а мы выльем воду.

Я сразу побежал к костру, а папа и Тамерлан догнали меня у леса.

Ребята у костра дали мне поносить пока спартаковский шарф и сухую толстовку. Они пили водку, и папа принес с собой водку, налил в кружку и дал мне в первый раз ее выпить, разбавив теплой водой. Потом он растер меня, дал еще аспирина и аскорбинки и заставил бегать кругами по поляне, а за мной с палкой в зубах бегал довольный Тамерлан.

Почти все наши вещи намокли. Но мне дали сухую одежду Дядя Вася и Дядя Володя, а папе не хватило. Он остался в трусах и в единственной сухой майке.

Надо было догонять остальных. Дальше я плыл с Дядей Васей, а папа на нашей байдарке с Тамерланом и Дядей Володей. Стал дуть сильный ветер. Пошел дождь, потом дождь и снег, потом только снег.

Снег был такой сильный, что залеплял лицо и лежал на еловых ветках большими белыми шапками. Не поверишь, что первое мая.

Мы плыли долго до перекуса.

Когда мы зачалились, Тетя Катя уже сварила на берегу суп в канне. Суп был горячий, и я поставил свою миску остыть под елку. Тут я увидел, что от реки босиком по мокрой траве бежит папа и дрожит, а за ним Тамерлан и трясется.

Потом мы еще долго плыли, а вечером в другом месте поставили палатки, развели большой костер и стали сушиться. Но был такой дождь, что папа смог высушить только одну брезентовую куртку, в которой лег спать. А спальник он взял летний, не то что пуховой, который мне сшила мама. Да еще папин спальник намок, там где ноги, и он их поджимал. Было так холодно, что когда папа принес от костра в палатку кружку с чаем, чай в ней был уже ледяной.

Папа щупал мне лоб - нет ли у меня температуры, и спрашивал, не болит ли горло. Я сказал, что у меня болит ухо снаружи. Он посмотрел, а там сидит клещ и ухо красное, горячее и распухло.

- Этого не хватало, - стонал папа и дал мне антибиотик. А клеща вытащил, смочив спиртом.

- Не надо было в елки лазить на первой стоянке, - ругал меня он.

Мне было тепло в мамином спальнике, а папа все дрожал в своем летнем, кряхтел и вертелся. Потом он мне сказал, что делал в мешке зарядку. А Тамерлан лез на папу, ложился на него и выл всю ночь. Папа спихивал его с себя и говорил:

- Тамочка, мне тебя очень жалко, но выживай сам.

Папа разбудил меня к завтраку и сказал, что на улице минус пять. И еще рассказал, как они с Тамерланом, пока я спал, скрючившись закоченелые ходили в елочки. У костра все удивлялись, когда Тетя Катя показывала бутылку с чаем, который за ночь превратился в сплошную ледышку.

В этот день мы опять плыли с папой в одной лодке, Дядя Володя уже научил его грести немножко. Но папа греб так, что обгонял многих, потому что был опять в трусах и в майке. Все удивлялись, как он быстро гребет, а он так греб, чтобы насмерть не замерзнуть. Я ему сказал, чтобы он надел куртку, но он не стал, потому что на нее летят с весел брызги, она намокнет, и ему тогда не в чем спать будет.

Мы плыли еще два дня, и все время шел дождь или снег, а ночью – мороз. Больше мы не переворачивались. Зато перевернулись Летуновы, которые нас нагнали. Целая семья, и у них тоже был мальчик. Постарше меня, но немного. Пока вылавливали весла Летуновых, мы с папой и Тамерланом гуляли по навесному мосту через речку. Мне стало веселее. Во-первых, потому что теперь мы не одни такие, а во-вторых – потом мы играли с Сережей.

На третий день у моста нас ждал автобус. Мы разобрали байдарки, упаковали их и поехали в Москву.

Когда мы ночью приехали домой, я был очень доволен, а мама сразу стала причитать папе: «Что ты сделал с ребенком?». А Марина, моя старшая сестра, спрашивала: «Что вы сделали с собакой?». Потому что Тамерлан, когда приходит домой, радуется и ругается. А тут он молча прошел мимо всех, влез на свой диванчик и спал там два дня, не слезая. А папа две недели ходил дома в свитере и говорил, что не может согреться.

 

03.02.2005

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поиск
Великой Победе посвящается

Великой Победе посвящается


Группа "ДЕТСКИЙ САД"
Облако тегов


Powered by Dapmoed