Поддержать сайт "КАПИТОШКИН ДОМ"

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 410011020001919  ( Современные авторы детям )
Главная / Выпуск № 06(11) / Антонина СПИРИДОНОВА / Антонина СПИРИДОНОВА. СТАРИННЫЙ БУКВАРЬ

Антонина СПИРИДОНОВА. СТАРИННЫЙ БУКВАРЬ

СТАРИННЫЙ БУКВАРЬ

(Рассказ)

Букварь ТихомировыхЖил был в городе Москве мальчик Сашка по фамилии Ромашка, будущий первоклашка. Шесть лет ему было. Почти все буквы Сашка знал, но читать не умел и очень боялся, что его не примут в школу.

Однажды в летний день  мама повела Сашку в школу записываться, но не в ту, которую из окна их квартиры видно, а в особую − в гимназию. Пришлось ехать на метро, потом идти по людной шумной улице, а когда свернули в переулок, Сашка увидел старинный дом с белыми колоннами. Это и была школа-гимназия.

В классе учитель строго посмотрел на Сашку и стал разные вопросы задавать. Мама очень волновалась и всё старалась вперёд Сашки ответить. Но учитель сказал:

–  Выйдите, пожалуйста, Инна Макаровна. За дверью подождите, и не переживайте Вы так. Ваш сын сам прекрасно справится. И ты не волнуйся, Саша, ты буквы знаешь?

–  Знаю, – ответил Сашка.

–  И читать, конечно же, умеешь.

Сашка опустил голову и хмуро сказал:

–  Нет, читать не умею…

Удивился учитель. Стал буквы показывать. И по одной и по несколько. Велел слова по слогам произносить. Сашка слова правильно произносил, но в слоги и слова буквы у него не складывались. В Сашкиной голове одна буква наезжала на другую. Каждая буква по отдельности была знакомой и понятной, но ладить между собою и дружить буквы не хотели и слов из них не получалось.

Устал учитель, махнул рукой и отправил их с мамой до осени:

–  Летом пусть мальчик отдохнёт, а осенью приходите, если читать не научится, пойдёте в «Дошколёнок». Похоже, пока рано, Вашему сыну в первый класс.

Домой вернулись грустными, а дома радость – бабушка из деревни приехала. Все бабушке рады: и мама, и старшая сестра Соня, третьеклассница, и кошка Мурлыся, и даже папа. Хотя папа, обычно, ничему не рад, потому, что всегда занят. Мама говорит  – он в серьёзной фирме для всей семьи хорошие деньги зарабатывает.

А уж как Сашка бабушке рад! Прижался он к бабушкиному подолу, а от подола лесом и солнцем пахнет. И бодрость такая и счастье от милой бабушки исходят, что захотелось Сашке оказаться в деревне прямо сейчас. И забыть о своих печалях.

Остаток дня пролетел за «охами», «ахами» и разными скучными на Сашкин взгляд разговорами. Вечером поужинали. Соню и Сашку спать отправили. Но Сашка всё никак уснуть не мог. Очень уж хотелось ему с бабушкой наедине поговорить. На неудачи пожаловаться. И не думал Сашка разговоры взрослых подслушивать. Но так само вышло, что замер он перед притворённой дверью кухни, когда услышал, что мама всхлипывает, а бабушка говорит:

–  …Да, дочь, прадед твой сколь ни учился, а так жизнь его ничему и не выучила… Но Сашенька…Он, как деревце, которому расти не дают. Простор мальчику нужен, продукты натуральные, воздух и свобода. А у вас в Москве кошмар, что творится. Просто Содом и Гоморра! И мыслимо ли, малышу всего шесть лет, а он целыми днями дома сидит и в компьютер играет. Вот и нету у него ни здоровья, ни крепкой памяти. От этого компьютерного треска да мелькания и взрослый человек рассудок потерять может. А уж ребёнку-то вред какой!..

Не стал Сашка слушать дальше. И как в спальне оказался, и как уснул, не помнит. Но снился ему печальный прапрадед его, который так читать и не выучился. И знал во сне Сашка, что он тоже не выучится, потому что болен какой-то загадочной болезнью вроде компьютерного вируса.

А в пятницу вечером папа повёз всю семью к бабушке и дедушке в деревню под Киржач. Добрались туда только за полночь. Ехали медленно, больше в пробках стояли. Папа сказал, что в конце недели всегда так. Люди из столицы на выходные вырваться стараются. Машин много, а дороги плохие, узкие – не проехать, стоят все, друг другу мешают, злятся, но поделать ничего не могут – пробка!

Выходные прошли. Родители в город вернулись и Соню увезли. А Саша с Мурлысей в деревне остались.

Мурлыся быстро в деревне освоилась. Днём на крыльце лежит на солнышке греется. Вечером на заборе сидит, высматривает, когда корова Зорька с пастбища вернётся. Небольшое деревенское стадо возвращается обычно перед закатом. Вызванивают колокольчики на шеях у коров. Коровы мычат в нетерпеливом предчувствии дома, соскучившись по ласковым рукам хозяек.

Как только Зорьку начинают доить, Мурлыся спрыгивает с забора, садится чуть поодаль и наблюдает, как споро мелькают бабушкины руки и «цвирк-цвирк-цвирк» ловко и звонко летят в подойник белые молочные струйки.

Бабушка всегда наливает Мурлысе полное блюдце парного молока, кошка с достоинством выпивает свою порцию и растворяется в надвигающихся сумерках. Чёрная её шкурка сливается с тёмным телом ночи, делая кошку невидимой.

Ночь в деревне совсем не такая, как в Москве. В Москве всегда светло: горят фонари, светятся огромные рекламные щиты и окна домов. Разноцветными змеями извиваются переполненные машинами улицы. А в деревне светят только светлячки да звёзды, и небо − высокое-высокое и живое. Когда по нему проплывают облака кажется, что небо дышит… И лес за деревней бормочет и поскрипывает в темноте.

Поначалу очень непривычно и страшно было Сашке в деревне. Особенно жутко одному в тёмной спальне: сверчок сверчит, на полуоткрытом окне занавеска шевелится и звезда подмигивает, словно кто-то смотрит на тебя сверху… Но верная Мурлыся в самые страшные минуты всегда оказывалась рядом, готовая успокоить и защитить своего маленького друга. Обнимала лапками Сашкино плечо, свивалась в клубочек и вместе они засыпали под сладкое кошкино мурлыканье.

Да и дни в деревне были совсем не такими, как в городе. Макар Петрович любил внука и проводил с ним много времени.

–  Доброе утро, Катя, дай нам по ломтю хлеба и кружке молока. Вот самый правильный завтрак для мужиков, –  весело гудел дед по утрам. И сам он был похож на большого шмеля. Волосы на голове торчат ёжиком, седые  полоски чередуются с каштаново-рыжимы прядями. И усы у деда, коротко подстриженные, тоже торчат наёжившись, словно сердятся.

После завтрака обязательная прогулка.

–  Для ума и тела зарядка нужна, – говорил дед.

Когда к лесу шли, на травах ещё роса блестела, а когда возвращались –  солнышко уже сияло высоко над крышей их крепкого бревенчатого дома.

День в деревне крутился вокруг Сашки колесом. То кур покормить, то травы нарвать для кроликов, то с бабушкой по ягоды, то с дедушкой на рыбалку, то с новым другом Колькой поиграть, – дел полным-полно! О своих городских печалях и неудачах Сашка и думать забыл.

Но однажды приехал к деду из Москвы его старинный друг, известный писатель. Приехал книжку новую показать. В книжке детские стихи и картинки яркие.

− Прочти-ка, внучок, порадуй нас, – попросил дедов друг Сашку. А Сашка-то читать не умеет. Опозорился Сашка, опростоволосился. Но удержался, не заплакал. А взрослые, словно даже и не заметили Сашкиного конфуза. Бабушка как раз стол на веранде накрыла и все отправились чай пить. Только Сашка чаю не захотел. Убежал. И до вечера, пока гость не уехал, Сашка в дом не заходил.

А вечером случилось чудо самое чудесное в недолгой Сашкиной жизни. Пришла к нему удивительная книжка. Нет не та, что Роман Семёнович, дедов друг из Москвы привёз. Другая! Старинная. Переплетённая вручную в самодельный кожаный переплёт. А под переплётом потёртая обложка - там на картинке бородатый учитель обнимает за плечи мальчика-ученика.

–  Это БУКВАРЬ Тихомировых, по которому научился читать твой прапрадед. Книжка издана в 1914 году. По этой книжке учился читать мой отец и я тоже. Теперь – твоя очередь. А вот это, –  дед положил перед Сашей на стол стопку, переплетённых в книжицу потрёпанных временем листочков бумаги, – это первая тетрадка твоего прапрадеда.

На грубых листах коричневой бумаги буквы и рисунки были написаны и нарисованы пером фиолетовыми чернилами старательной, но не совсем ещё уверенной рукой. Отдельные слова аккуратно зачёркнуты и рядом написаны другие.

–  Это РУКОПИСЬ, – сказал дедушка, – в твой компьютерный век, возможно и не все знают, что такое рукопись. А уж пером и чернилами даже из поколения твоего отца мало кто писать умеет. В 1918 году с бумагой и книгами плохо было. Писали на любой бумаге, которую удавалось достать, даже вот на обёрточной и обрывках газет… Кстати,  в честь прапрадеда ты Сашкой назван. Ты тоже, как и он, Александр Иванович!

–  Но ведь он же не выучился! Я сам слышал, как бабушка маме рассказывала. Я тоже ну никак не могу выучиться…

Дедушка весело рассмеялся.

–  Слышал ты, но не понял. Твой прапрадед родился в начале двадцатого века, выучился грамоте самостоятельно, работал на заводе, воевал в Великую Отечественную Войну, прошёл немецкий плен и советские лагеря. Он умер в кругу семьи в почёте и уважении. Ненадолго пережила его и Великая Страна, которую он строил и защищал… Слова имеют разный смысл. И ты со временем многое поймёшь и много книг прочитаешь. Науку чтения мы с тобою, внучок, осилим!

Так оно и случилось. Много вечеров провели дед и внук за книгами. А когда лето пролетело, и надо было уезжать в город, в школу –  Сашка уже ничего не боялся. Он мог бойко прочесть любой текст и из книжки, и с экрана компьютера. Писать, правда, получалось ещё не очень хорошо. Но, как сказала, бабушка –  «дорогу осилит идущий». А дедушка добавил, что слова эти в древности произнёс мудрец по имени Луций Анней Сенека. Когда-нибудь Сашка непременно прочтёт и его книги.

– Знаешь, внук, – прощаясь, сказал дедушка, –  наш род имеет древние корни. Были в нашем роду крестьяне, воины, мастеровые. Простые честные люди, люди труда. Были среди них и учёные, и грамоты не знавшие. Но трусов, подлецов и хапуг не было!

На всю жизнь запомнил Сашка слова из прапрадевой тетрадки: «Мы –  не рабы, рабы немы». Зачёркнуто. Следом написано «Мы — не рабы, рабы — не мы»...

Дед сказал, что зря зачёркнуто. И то и другое –  правильно!

 

19 декабря 2010

г. Дедовск

Впервые опубликовано в коллективном сборнике

стихотворений и прозы "Душа в заветной лире", 2011

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поиск
Великой Победе посвящается

Великой Победе посвящается


Группа "ДЕТСКИЙ САД"
Облако тегов


Powered by Dapmoed